Владимир Гусаров: «Беларуси необходим экспорт образовательных услуг»

16.12.2015
IMG_9329.jpg

Владимир Гусаров, исполняющий обязанности директора национальной платежной системы БЕЛКАРТ, рассказывает о своем семилетнем опыте преподавания, изменениях в банковской системе с советских времен и перспективах развития белорусского высшего образования.

– Владимир Сергеевич, расскажите, какие изменения произошли  в банковской системе с самого начала Вашей карьеры?

– Со времен советских сберегательных касс до сегодняшнего уровня банковской системы, можно сказать, прошел период, который фактически реализовал  научно-техническую революцию в области финансов в Беларуси. Основой общения с клиентом становится интернет-банкинг, банковские карточки и другие сервисы дистанционного банковского обслуживания, которые предполагают дистанционное использование счета.

Но, хочу отметить, для человека, который получил образование при Советском Союзе, интегрироваться в современную банковскую систему несложно.  В том числе и в те сферы, которые базируются на информационных технологиях. В то время давались качественные знания в области математики, физики, химии, были сбалансированно составлены программы  обучения, поэтому я не вижу проблем для большинства специалистов, прошедших подготовку в высшей школе советского периода понять, как пользоваться современными информационными технологиями.

– Как Вы оцениваете современный уровень подготовки банковских специалистов?

– Все люди априори разные, у каждого есть свой потолок интеллекта. И я считаю, что усвоить среднюю программу школы на девять, то есть, качественно, может лишь относительно небольшой процент выпускников средней школы, а еще меньшее число из них может  изучать предметы в высшей школе. 

    Создание  системы платного образования в Беларуси  привело к значительной девальвации качества подготовки специалистов.  Сегодня в условиях демографического спада даже серьезные ВУЗы стали работать на заполнение аудиторий кем-либо, потому что иначе надо будет сокращать штат преподавателей, ведь им не будет хватать учебных часов. Поэтому абитуриентами сейчас часто являются молодые люди, которые даже не совсем усвоили программу средней школы.

      Я могу ошибаться, но сегодня у органов образования не разработано понятие «модели специалиста», которые востребованы на рынке труда. Причем это касается не только высшего образования, но профессионально-технического.

 

– Какие новые векторы в развитии системы высшего образования Вы видите?

avantur_1211-1728x800_c.jpg

– Мы должны увеличивать экспорт услуг.  Данная отрасль экономики не требует больших инвестиций в   здания и сооружения, нужны инвестиции в человеческий капитал. Например, у нас есть прекрасная возможность увеличить экспорт медицинских услуг. Мы можем на высоком уровне экспортировать наши медицинские услуги в  страны Евросоюза. Как известный пример, квалификацию наших стоматологов высоко оценивают граждане дальнего и ближнего зарубежья, высок уровень услуг по   санаторному лечению.    

    Но с Чехией, Германией, Францией мы пока не можем конкурировать по уровню продаж образовательных услуг. К сожалению, своевременно не была проинвестирована деятельность по подготовке научно-преподавательских кадров, что привело к определенному отставанию их квалификации  от требований  рынка.

      Одно дело преподавать экономику или машиностроение выпускнику школы, у которого балл аттестата  около четверки-пятерки и который по пять раз пересдает зачеты. Совсем же другое дело преподавать более подготовленной и мотивированной молодежи.

– Не считаете ли Вы, что наша система образования оторвана от реальности?

– Существует закон (правило) Парето. Если его экстраполировать на образование, то получается, что из 100 студентов, получивших диплом экономиста, двадцать являются хорошими специалистами и могут квалифицированно и эффективно оперировать экономическими категориями. Остальные восемьдесят получили лишь какую-то информацию об экономических знаниях, но их амбиции распространяются часто дальше того, чем они реально располагают.

К сожалению, рост объёмов и охвата населения c высшим образованием не приводит к автоматическому повышению качества этого же образования. У нас много водителей троллейбусов, кассиров в магазинах, которые имеют диплом о высшем образовании, но они реально не могут  продать свои знания, т.к. знаний нет. Есть  только высокие  оценки.

    Ярким примером может служить ситуация со знанием иностранных языков: по дипломам мы все почти «хорошо» знаем один из западноевропейских языков, а реально большинство выпускников ВУЗа не может назвать адрес электронной почты, используя, например, английский алфавит.

 

uchen.jpg

– Могут ли наши ВУЗы готовить аналитиков и исследователей, а не просто бухгалтеров, экономистов, аудиторов?

– Аналитики – это элита, потому что это люди, которые понимают процессы на аналитическом уровне и видят причинно-следственные связи.

    У нас есть возможность подготовки таких кадров, но большинству преподавателей не хватает связей и знаний процессов, происходящих в реальном секторе экономики. Я беру в расчет, как промышленность, так и банковский сектор. Не хватает преподавателей, которые могли бы предмет показать, заинтересовать и рассчитать его практическую ценность. Как показывает практика, даже такое понятие, как «точка окупаемости» при создании проекта, для многих является откровением.

 

– Согласны ли вы с мнением, что студенты больше любят лояльных преподавателей? Тех, которые ставят зачеты автоматом за посещение или наличие конспекта?

– Я начинал свою преподавательскую карьеру в начале перестройки, и тогда в первый раз в вузах проводились перевыборы преподавательского состава с учетом анонимного анкетирования студента о качестве преподавания. Многие преподаватели очень боялись этого анкетирования, т.к.  это была оценка студентами качества их работы

Было опасение, что преподаватели, которые   требовательно относились к приему экзаменов, отправляли лодырей на пересдачи, получат  низкие оценочные баллы при анкетировании. На практике же получилось, что такие страхи были напрасны. Требовательные преподаватели получали высокие оценки со стороны студентов.

– А какой преподавательской тактики придерживались Вы?

– Я всегда старался работать в режиме диалога и, насколько позволяла программа, пытался помочь студентам самим найти ответы на некоторые вопросы. Это был метод в определенной мере эвристического общения, постановки какой-либо интеллектуальной задачи в области понимания исторических и политических процессов, которые происходят в обществе

Широко практиковались методы для формирования студентами своего видения  социальных процессов, с тем чтобы они могли предложить свою оценку того или иного исторического события.

 

– Какие преимущества и недостатки профессии преподавателя Вы видите?

– Если говорить о преимуществах, то это, в первую очередь, возможность самореализации. Такой подход необходим в работе преподавателей на всех ступенях образования. Работая с молодежью, ты формируешь свою точку зрения и помогаешь им определить ценности, а самое главное, что учащиеся и студенты – активные генераторы новых идей. Главное, чтобы позиция преподавателя и учителя была гуманистической, направленной на формирование лучших качеств в человеке и повышение его интеллекта. Если ты заинтересуешь молодых  людей, они будут ходить даже на внеклассные, дополнительные задания. Преподавательская работа требует большой самоотдачи, а реалии жизни сегодня таковы, что  крайне сложно обеспечить семью и тем более приобрести собственное жилье, работая преподавателем.

Мне нравится!

Вернуться к списку